Эпоха перемен не имеет четких границ и очертаний. Это состояние неопределенности, когда кризисы следуют один за другим, накладываются друг на друга, заворачиваются в спирали и не дают возможность осознать реальность как гармонию, как цельную и осмысленную картину мира.
Войны, эпидемии, беженцы, голод становятся реальностью для целых регионов. Растерянность и отчаяние, озлобленность и агрессия, разрушение привычного уклада жизни влекут апокалиптические настроения и мешают навести резкость на мир, затуманенный дымом войн и туманом безверия.

Заканчивается эпоха неолита.
Эпоха Каина, эпоха войн, эпоха прозрений, эпоха многочисленных попыток познания добра и зла. Эпоха, начавшаяся с голода и мора, в котором брат убивал брата ради выживания, и в итоге выжили те люди, которые научились добывать  хлеб насущный в поте лица своего, и защищать его, убивая других людей без жалости. Если сказать попроще – люди спаслись тем, что научились пахать землю, собирать урожай и огораживать города, защищая свой хлеб. В городах хранилось зерно. Его надо было беречь за стенами города, его надо было учитывать – сколько собрали, сколько осталось, сколько кому положено. Так появилась письменность. Письменность обеспечила традицию в передаче знаний, веры, представлений об устройстве всего сущего. Письменность позволила развиться и сохраниться искусству и знаниям о мире для многих поколений.
Мы сегодня живем в конце эпохи неолита, и это самый масштабный кризис из всех, которые может нарисовать наше воображение. Мы пока всё еще живем благодаря хлебу насущному, выращенному в поте лица на земле, но этот способ существования, похоже, заканчивается.
Что-то подобное случилось и в конце предшествующей эпохи мезолита, отраженной в Книге в образе рая, изобильного пищей, фруктами и дичью. Люди тогда так хорошо научились делать наконечники для стрел и копий, что со временем истребили всё без остатка в своем обитаемом мире, и довершил историю мезолитического изобилия наступивший ледниковый период.
Примерно так же люди к настоящему времени бездумно истребили самые базовые основы своего физического и духовного существования, и им предстоят трудные поиски нового образа жизни, нового способа сосуществования друг с другом, с землей, водой и небом. И не все найдут этот путь.
Весь человеческий прогресс эпохи неолита заключался в том, чтобы всё более искусно обрабатывать землю, всё более искусно перевозить и хранить пищу, и всё более искусно убивать друг друга, отбирая у убитых пищу и землю. Все достижения науки и техники, все технологические чудеса материального мира в итоге сводятся к этой несложной цели – вырастить зерно для себя и скота, сохранить запасы и перевезти их от места производства к месту потребления. Сегодня этот прогресс подошел к логическому финалу сразу по нескольким причинам. Достижения агротехники убили землю, и она не может больше родить; достижения в области средств доставки, от колеса до авиадвигателя, истощили природные источники энергии, и по мере их исчерпания люди, собравшиеся в огромных городах, не смогут получить себе пищу и обогреться; достижения в химии и физике позволили создать такое страшное оружие, что апокалипсис уже не выглядит метафорой.
Что придет на смену неолита? Это вопрос.

Заканчивается эпоха  Слова.
Людям больше не нужна Книга, не нужны библиотеки, не нужна вера. Они выбрали мерцающий свет экрана, отражающий все заблуждения, все соблазны, и все изменчивые образы. Люди выбирают красочные химеры, теряя ориентиры добра и зла, путая путь к жизни с путем к смерти. Цифра замещает Слово, стройные и мертвые программы искусственных машин вытесняют программу самой жизни. Ради удобства арифметического подсчета прибыли забыты основы гармонии, выраженные в иррациональных числах. Люди отказались от величия мира, он непознаваемой бесконечности, от ощущения вечности жизни ради оцифрованной имитации жизни.
Речь упрощается. Искусство становится более примитивным, теряя структурные и исторические связи.
Потеря нравственных ориентиров, размывание границ между истиной и ложью ведет к потере системных связей и к самоаннигиляции.
Люди, прошедшие длинный путь осознания себя через магию, религию, этнос, нацию, приходят к отказу от всех форм групповой идентификации ради осознания себя как гордого индивидуума, «достойного лучшего»,  или даже дивидуума, не связанного ничем атома, не имеющего памяти, не имеющего воли к жизни и не понимающего смысла в собственном будущем.

Эпоха Слова должна смениться другой эпохой. Какой она будет, и будет ли?

Конец эпохи прогресса

Целеустремленность человечества в деле покорения природы и познания законов материального мира позволила создать самые совершенные машины и механизмы, способные улететь на Марс и погрузиться на дно самых глубоких океанских впадин. Но отсутствие равновесной целеустремленности к развитию духа сыграло злую шутку. Гигантские ресурсы планеты тратятся на производство мусора, орудий убийства, на производство символов иерархии, предметов для тщеславия, не имеющего никаких разумных границ. С развитием всё более и более совершенных способов получения энергии и её транформации в предметы, спираль материального прогресса вышла из-под разумного контроля людей, и скорость поглощения ресурсов Земли говорит о скором окончании этих ресурсов в доступной человеку форме.
Сегодня говорят о новом технологическом укладе, об ограничении в потреблении ресурсов, но никто не обещает при этом сохранение жизни людей, живущих на планете. Технический прогресс, не ограниченный здравым смыслом, привел к необходимости решать эту дилемму – то ли убивать планету, то ли людей.
Думается, что это неверная дилемма, и этот кризис может быть разрешен более гуманными способами.


Конец глобальной экономической химеры
Экономика, построенная на ссудном проценте, должна всё время расти. Но у любой рукотворной системы есть физические пределы роста.
Ссудный процент был во все времена, по свидетельствам современников. Он практиковался в Древней Греции и Древнем Риме, он обогащал ростовщиков Венеции, Швейцарии и Голландии, он успешно работал на создателей лондонского Сити и Ост-Индских компаний.
Федеральная резервная система, Бреттон-Вудские глобальные структуры, богатайшие в истории финансовые корпорации <span style=«font-family:»Calibri",«sans-serif»">BlackRock <span style=«font-family:»Calibri",«sans-serif»">и <span style=«font-family:»Calibri",«sans-serif»">Vanguard<span style=«font-family:»Calibri",«sans-serif»"> – все эти современные супер-империи выросли на ссудном проценте, воплощенном сегодня в самых изощрённых финансовых инструментах. Но рост экономики ссудного процента подходит сегодня к своему физическому пределу. Больше нет на Земле столько людей, и у людей нет столько потребностей, чтобы рост производства и потребления продолжался и продолжался.  Но этот велосипед может держать равновесие только в движении. Как только ему придется остановиться, он неизбежно грохнется.
И он уже останавливается. 
 

Конец глобальной политической химеры

Антропосфера Земли имеет мозаичное строение. На земле живут очень разные люди, и живут они по-разному. Цвет кожи, форма лица, языки, обычаи и верования у людей очень отличаются. Еще у них разный уровень технического развития, разный уровень потребностей, разное ощущение истории и времени, и даже разное представление о счастье. Мир велик и прекрасен этим разнообразием.
Но гипертрофированное развитие Западного мира, выросшего на руинах Римской империи, несколько нарушило естественную экологию антропосферы, что миро стал меняться не в лучшую сторону. Цивилизация силы побеждала почти везде, куда могла добраться, и уменьшала человеческое разнообразие. Индия, Китай, Африка, Америка, Австралия – практически весь Земной шар был изменен оружием и крестом. Геноцид осуществлялся разными способами – убийства, подкуп элит, угрозы, пропаганда, развращение молодежи – огромный арсенал у превосходящих по силе народов, объединившихся вокруг идеи всемирной экспансии.
Но и это пройдет, и уже проходит. Другие, не западные обычаи у тех народов, которые имеют больше жизненных сил, чем носители западного ментального кода и западной политики глобальной экспансии.
Химера Запада пока сверкает радужными блесками, гремит возбуждающими звуками, обволакивает символами богатства и благополучия, и всеми силами своего увядающего обаяния пытается удержать людей в своей зоне притяжения. Однако и это пройдет, и уже проходит.


Начало новых времён

Все люди делятся на две части. Одни живут здесь и сейчас, и их ощущение времени ограничивается  рамками собственной жизни, или года жизни, или месяца, а иногда и одного дня.
Другие тоже живут сейчас, но их горизонты понимания времени уходят глубоко в эпос своего народа и далеко в будущее своих детей и внуков.
Первых гораздо больше, но за вторыми будущее.

Я выбираю вторых.
Никто не знает своего будущего. Кого-то оно пугает, кого-то обнадеживает.
Есть такая версия, что будущее сперва попадает в ноосферу в форме бесплотных и эфемерных мечтаний, потом мыслей, потом идей, теорий и учений, и только потом идеи становится материальным фактором, и будущее приходит.

Давайте помечтаем.